ВС указал на недопустимость начисления необоснованно высоких комиссий за перевод средств кредитору

Суд пояснил, что в отсутствие экономического обоснования установление банком комиссии за перевод средств на счета физлиц, существенно увеличенной по сравнению с комиссией, применяемой к переводу денег в пользу юрлиц, имеет очевидные признаки заведомо недобросовестного осуществления кредитной организацией гражданских прав

В комментарии «АГ» заявитель жалобы в ВС поделился, что в определении сформулирован общий подход, который позволит всем участниками делового оборота требовать как изменения договора присоединения в порядке п. 2 ст. 428 ГК РФ, так и применения последствий недействительности ничтожных сделок за истекший период. По мнению одного из адвокатов, в данном случае необходимость в защите права и законного интереса клиента банка очевидна, однако механизм, надлежащий способ защиты остались не вполне понятными. Другой поддержал позицию ВС, поскольку она направлена на исключение неравноценных условий при переводах физическим и юридическим лицам со стороны банков.

15 января Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС23-14641 по делу № А40-140405/2020, в котором напомнил о недопустимости кредитной организации устанавливать в отсутствие экономического обоснования кратно отличающиеся суммы комиссий при перечислении денежных средств со счетов клиентов в пользу физических и юридических лиц.

23 июня 2021 г. решением Арбитражного суда г. Москвы ЗАО «Вашъ финансовый попечитель» было признан банкротом, конкурсным управляющим назначен Евгений Пустошилов. 25 октября 2022 г. конкурсный управляющий платежным поручением через АО «Альфа-банк» перечислил около 14 млн руб. в пользу конкурсного кредитора в погашение задолженности банкрота. За произведенную расходную операцию по счету банк начислил комиссию в сумме 1 млн руб., также платежными ордерами с основного расчетного счета должника было списано 195 тыс. руб.

Полагая, что сделка по начислению комиссии является недействительной в силу п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. 10, 168 ГК РФ, Евгений Пустошилов обратился в арбитражный суд. Конкурсный управляющий просил признать недействительным начисление комиссии и применить последствия недействительности сделки.

Суд отказал в удовлетворении заявления, и его поддержали суды апелляционной и кассационной инстанций. Они руководствовались положениями ГК РФ, ст. 5, 29 Закона о банках и банковской деятельности, ст. 5, 61.2 , 61.3, 134 Закона о банкротстве. Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суды посчитали, что, присоединившись к условиям договоров, истец выразил свое согласие с действующими в банке тарифами и комиссиями, в том числе на расчетно-кассовое обслуживание. Они указали, что конкурсным управляющим не представлено доказательств невозможности подключения иного тарифа либо невозможности выбора иной кредитной организации для получения аналогичных услуг.

При таких условиях суды пришли к выводу об отсутствии в действиях банка признаков злоупотребления правом, а также об отсутствии факта причинения вреда кредиторам посредством начисления спорной банковской комиссии. Кроме того, они указали, что спорная комиссия является для должника текущим платежом, в силу чего ее начисление и списание не приводят к нарушению очередности удовлетворения требований кредиторов и оказанию предпочтения в пользу банка.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий Евгений Пустошилов (на данный момент адвокат АП Московской области, член МКА «Семенцов и Партнеры») подал кассационную жалобу в Верховный Суд (есть у «АГ»). Ссылаясь на п. 1 ст. 61.2 Закона банкротстве, ст. 10 ГК, он указывал на то, что начисленная банком комиссия за перевод денежных средств кредитору третьей очереди – физическому лицу в 100 000 раз превышает комиссию, взимаемую банком за осуществление аналогичного перевода в пользу юридического лица. В жалобе также отмечалось, что при открытии счета банку было заведомо известно о том, что должник является банкротом, а у конкурсного управляющего не было возможности подключить иной тариф, при котором комиссия за перевод денежных средств в пользу физических лиц существенно не отличалась в худшую для должника сторону от комиссий, которые в сравнимых обстоятельствах начисляются банком за совершение аналогичных действий в пользу юридического лица.

По мнению Евгения Пустошилова, погашение реестровых требований по своей природе является исполнением судебного решения, а ситуация, которая без объективных причин ставит в различные условия кредиторов физических и юридических лиц, недопустима. Фактически суды предоставили банкам возможность, пользуясь сложившейся на рынке практикой применения запретительно высоких тарифов на перечисление со счетов юридических лиц в пользу граждан, беспрепятственно списывать в свою пользу 10% от суммы погашения реестра в пользу физических лиц, указал он.

Рассмотрев дело, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила, что в отзыве на заявление конкурсного управляющего обстоятельства, на которые он ссылался в заявлении, банком, возражавшим против его удовлетворения, вопреки требованиям ст. 65 АПК, не были опровергнуты. При этом против удовлетворения заявления банком выдвинуто возражение о том, что клиентом не доказаны как невозможность подключения иного, отличного от выбранного им тарифа, так и невозможность выбора иной кредитной организации. Указанные возражения поддержаны судами трех инстанций, по существу вменившими истцу доказывание обстоятельств, на которые он в обоснование своего заявления не ссылался, что прямо противоречит ч. 1 ст. 65 АПК.

Верховный Суд указал, что для опровержения ссылки конкурсного управляющего на признаки неравноценности встречного предоставления при начислении спорной комиссии банку следовало раскрыть экономическое содержание соответствующих комиссий за осуществление денежных переводов в пользу физических и юридических лиц, подтверждающих обоснованность 100 000-ной разницы в их размерах. ВС добавил, что было необходимо сослаться на тарифный план, не предусматривающий указанного различия между комиссиями в зависимости от правового статуса получателя платежа, возможностью присоединения к которому клиент не воспользовался. Между тем названные сведения в материалы дела банком не представлены, а представители банка в настоящем судебном заседании затруднились пояснить суду вопрос о наличии в банке на момент начисления спорной комиссии соответствующих тарифных планов. Следовательно, довод конкурсного управляющего о наличии в оспариваемой сделке признаков неравноценности встречного предоставления ответчиком в установленном процессуальным законом порядке не опровергнут, а значит, у судов не имелось оснований для отказа в удовлетворении заявления со ссылкой на пороки в доводах конкурсного управляющего.

Кроме того, Суд обратил внимание, что в отсутствие экономического обоснования банком себестоимости услуги по проведению платежей по распоряжениям его клиентов действия банка по установлению размера комиссии за перевод денежных средств на счета физических лиц, существенно увеличенной по сравнению с комиссией, применяемой к перечислению денежных средств в пользу юридических лиц, имеет очевидные признаки заведомо недобросовестного осуществления кредитной организацией гражданских прав (п. 1 ст. 10 ГК). Это подрывает ожидания клиентов, размещающих денежные средства на счете, в сохранении у них возможности беспрепятственного распоряжения своим имуществом, в том числе путем совершения по своему усмотрению законных операций по перечислению денежных средств другим лицам.

ВС отметил, что аналогичная квалификация действий кредитной организации по установлению в отсутствие экономического обоснования кратно отличающихся сумм комиссий при перечислении денежных средств со счетов клиентов в пользу физических и юридических лиц дана в Определении ВС РФ от 22 ноября 2023 г. № 310-ЭС23-14161.

Экономколлегия также подчеркнула, что для присоединившейся к договору стороны условие о применении существенно различающихся величин комиссий при осуществлении перевода денежных средств со счета клиента в кредитной организации в зависимости от того, осуществляется ли перевод в пользу физического или юридического лица, является по смыслу п. 2 ст. 428 ГК явно обременительным. А в силу п. 2 ст. 10 ГК при ссылке заинтересованного лица на обременительность отдельных условий договора не имеет правового значения добровольное присоединение этого лица к договору, и, следовательно, суды не имели правовых оснований для поддержки основанных на свободе договора (ст. 421 ГК) возражений кредитной организации против названных условий. Обоснованность таких возражений должна оцениваться судами по существу.

Таким образом, Верховный Суд отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ВС указал: при определении последствий недействительности сделки судам следует учесть, что конкурсный управляющий не отрицает надлежащее осуществление банком спорной операции и признает соответствие критерию равноценности предоставления комиссии, установленной банком за переводы в пользу юридических лиц, которая, следовательно, подлежит учету при определении размера подлежащих взысканию с ответчика денежных средств (п. 4 ст. 453 ГК).

В комментарии «АГ» Евгений Пустошилов заметил, что давно назрела необходимость принятия такого судебного решения, которое он оценивает как достаточно жесткое и недвусмысленное. «За истекшее десятилетие каждый предприниматель задавал обслуживающим банкам вопрос о причинах столь высоких комиссий, и в неофициальных беседах банки не скрывали, что действия ЦБ заставили их установить такие заградительные тарифы. Для того чтобы снизить риск отзыва лицензии в том случае, если в кредитной организации будут выявлены отмывание и обналичивание денежных средств, для которых использовались переводы на счета физических лиц, банки и установили такие тарифы. Несмотря на то что обналичивание денежных средств фактически ликвидировано, отменять такие высокие тарифы банки не торопятся, поскольку они приносят колоссальную прибыль. Мне известен случай, когда в банкротстве крупного юридического лица банк списал комиссию, в общей сумме превышающую 100 млн руб.», – рассказал он.

Тем не менее ни в одном процессуальном документе и ни в одном судебном заседании ответчик не приводил такого довода, а на прямой вопрос Судебной коллегии ВС РФ о влиянии ЦБ на установление тарифа ответил отрицательно, отметил Евгений Пустошилов. Он пояснил: смысл его заявления в суд сводился к тому, что банки используют высокие тарифы, сложившиеся под влиянием регулятора в рамках борьбы с незаконными банковскими операциями, в отношении организаций, которые заведомо не ведут такую деятельность.

Евгений Пустошилов считает, что по своей правовой природе любая сделка, совершенная с пороками, предусмотренными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, является злоупотреблением правом. Он полагает, что для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом ее пороки должны быть более серьезными, чем даже предусмотрены специальными нормами Закона о банкротстве. По мнению управляющего, именно по этой причине ВС не квалифицировал спорные сделки по специальным основаниям, так как эти пороки поглощены общей нормой ст. 10 ГК РФ. «В судебном заседании, длившемся более часа, Судебная коллегия ВС уделила большое внимание именно относимости спора на правоотношения, не осложненные банкротством. В определении самыми примечательными я считаю именно жесткую и однозначную квалификацию сделок по списанию комиссий как сделок, совершенных со злоупотреблением правом, а также критерии таких сделок, которых ранее не существовало. Таким критерием теперь служит значительное расхождение тарифа на банковскую операцию в сравнении с тарифом на аналогичную операцию», – заключил адвокат.

Он полагает, что в отличие от других схожих определений ВС, в том числе определения № 310-ЭС23-14161, в обсуждаемом судебном акте Суд сформулировал общий подход, который позволит всем участниками делового оборота требовать как изменения договора присоединения в порядке п. 2 ст. 428 ГК РФ, так и применения последствий недействительности ничтожных сделок за истекший период. «Это позволит вернуть ту комиссию, которую банки списали ранее. Нет сомнений, что данное определение окажет большое влияние на судебную практику, которая до настоящего времени незыблемо стояла на стороне банков», – заключил Евгений Пустошилов.

Адвокат, партнер Московского адвокатского бюро «Синум АДВ» Александр Задорожный считает, что ВС РФ в данном деле сформулировал не вполне обычную позицию применительно к оспариванию сделок. Он указал, что в данном конкретном случае необходимость в защите права и законного интереса клиента банка очевидна. Однако, по его мнению, механизм, надлежащий способ защиты остались не вполне понятными.

Как заметил Александр Задорожный, с одной стороны, и в жалобе заявителя, и в мотивировочной части определения в основание положены нормы о недействительности сделок, включая ст. 61.2 Закона о банкротстве о неравноценности встречного предоставления и ст. 10 ГК о злоупотреблении правом. С другой стороны, адвокат указала, что ВС ссылается на ст. 428 ГК о явно обременительных условиях договора присоединения, а завершает ссылкой на ст. 453 данного Кодекса, явно отсылающую к изменению договора. «Иными словами, при новом рассмотрении дела суду первой инстанции прежде всего необходимо будет определиться с одним из конкурирующих способов защиты: признание сделки недействительной или требование об изменении договора. Два этих механизма довольно сильно разнятся, в том числе и в части досудебного урегулирования», – полагает эксперт.

Управляющий партнер юридической фирмы «Ватаманюк & Партнеры», адвокат Владислав Ватаманюк отметил, что вопрос, затронутый Судебной коллегией по экономическим спорам, является нетривиальным. «В данном случае конкурсный управляющий просил признать начисленную банком комиссию недействительной сделкой по причине неравноценного встречного предоставления. В целом это соответствует логике “банкротного права”, которая подразумевает возможность оспаривания различных платежей, влияющих на финансовое положение должника», – указал он.

Владислав Ватаманюк поддерживает данную позицию, поскольку она направлена на исключение неравноценных условий при переводах физическим и юридическим лицам со стороны банков. Адвокат подчеркнул, что в нарушение норм процессуального права нижестоящими судами не была дана оценка доводу конкурсного управляющего относительно неравноценности встречного предоставления при взимании спорной комиссии. Данный довод, очевидно, имеет юридическое значение и при отсутствии оспаривания со стороны противоположной стороны сделки будет влечь для нее неблагоприятные последствия, предполагает эксперт.

 

Яндекс.Метрика